«Толковый словарь живого великорусского языка»

Материалы » В.И. Даль - собиратель русского слова » «Толковый словарь живого великорусского языка»

Страница 6

Я обещал Вам основу для местных здешних дум и баллад, уток был бы Ваш, а с ним бы и Ваша отделка. Я не забывал этого обещания, может быть, ни одного дня, со времени Вашего отбытия, а между тем обманул. Но дело вот в чем, рассудите меня сами: надобно дать рассказу цвет местности, надобно знать быт и жизнь народа, мелочные его отношения и обстоятельства, чтобы положить резкие тени и блески света: иначе труды Ваши наполовину пропадут; поэму можно назвать башкирскою, кайсакскою, уральскою, но она, конечно, не будет ни то, ни другое, ни третье. А каким образом я могу передать все это в письме? Я начинал несколько раз, у меня выходила предлинная повесть, а между тем далеко не все было сказано, что могло быть нужным и пригодным. Вам нельзя пригонять картины своей по моей рамке, а мне без рамки нельзя писать своей! На словах это может сделаться, Вы бы расспрашивали о том, что Вам показалось бы нужным, а без этого греха на душу не возьму! Может быть, я ошибаюсь, может быть, меня одолевает мономания народности, но ей-ей я не в состоянии сделать дело это наполовину, я бы упрекал себя во всем, что могло бы показаться недостаточным или неверным; Вашими стихами надобно обрабатывать только вещи, по содержанию ценные и яркие .».

Как видно из этого письма, В. Даль, уважительно относясь к В. А. Жуковскому, все же решительно отказался поставлять ему национальные фольклорные материалы для романтических произведений. В. Даль стремился следовать принципу народности, за который боролся В. Г. Белинский. Ему претило желание В. А. Жуковского препарировать народное творчество в романтическом духе. Даль и В. Жуковский принципиально расходились в отношении к этнографии Оренбургского края. Даль внимательно изучал жизнь и фольклор башкирского и казахского народов, а Жуковский ограничивался слишком общими представлениями о «далекой восточной окраине»

Однако народность самого Даля также была непоследовательной и ограниченной: придавая огромное значение фактическим наблюдениям, изучению внешней стороны народной жизни, он не смог подняться до народности подлинной, основанной на глубоком внутреннем знании народа и проникнутой горячим сочувствием к нему. С годами эти негативные тенденции стали еще более явственными. Не случайно, поэтому народность Даля была подвергнута чрезвычайно строгой, но справедливой критике со стороны Н. Г. Чернышевского. Восторженно относясь к фольклору и этнографии, Даль не смог подняться до критического осмысления общественного положения народных масс.

Сюжет эпического сказания о Зая-Туляке после появления «Башкирской русалки» Даля заинтересовал многих русских литераторов и ученых. Вариант этого сюжета дважды был напечатан в переводе Л. Суходольского под названием «Башкирская легенда о Туляке». В варианте Л. Суходольского Зая-Туляк лишен богатырских черт, пассивен. Часть этого фольклорного текста имеет песенную форму и переведена дословно. Позднее краткое изложение сюжета эпического сказания о Зая-Туляке опубликовал Р.Г. Игнатьев, который подчеркнул распространенность сюжета среди башкир. Несколько лет спустя сюжет сказания о Зая-Туляке был на печатан в пересказе М. В. Лоссиевского. Этот сюжет привлек также внимание Г. Н. Потанина. Он использовал отдельные детали сказания о Зая-Туляке для сравнений и сопоставлений их с аналогичными деталями, имеющимися в этническом репертуаре других народов

Краткий пересказ сюжета о батыре Зая-Туляке вошел в роман А. М. Федорова «Степь сказалась» (1897). По воле автора облик эпического героя был совершенно преображен, а русалка превращена в волшебницу Юху. Батыр влюбляется в нее и уходит вслед за ней в подводное царство, навсегда простившись «с вольной волею и с родимой степью». Этот сюжет резко отличается от всех известных версий эпического сказания о Зая-Туляке. И отличие это не только в опущении ряда ярких событий, обязательных мотивов для деталей, но в главном: все варианты сказания повествуют о победе земного героя над сверхъестественными силами, кстати, и сам мотив борьбы с мифическими существами не доминирует в сказании, а служит лишь фоном, на котором разрабатывается тема поисков невесты и создания семьи.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Другие публикации:

Первые шаги к мечте
Марис-Рудольф Лиепа родился 27 июля 1936 г. в Риге, столице Латвии. Его отец, Эдуард Лиепа, работал машинистом сцены Латвийской национальной оперы. Марис в детстве часто болел, и, по совету друга отца (директора балетной студии Болеслава ...

Взаимоотношения субкультур
Субкультуры, как и любое культурное явление возникли не в культурном вакууме, а в культурно насыщенной среде. Общество 20-го века перенасыщено различными идеями, философскими течениями и другими культурологическими элементами. Поэтому нел ...

История вязания
На самом деле вязание, как вид домашней работы и искусства существовал задолго до этого. К началу нашей эры люди довели технику этого рукоделия до очень высокого уровня. Основная заслуга в этом принадлежит, конечно, тем народам, которым н ...


Новое на сайте

Наскальные рисунки


Обращение к первичным формам искусства вполне понятно в наше время. Интерес к далекому прошлому тем сильнее, чем больше желание заглянуть в будущее и понять настоящее.

Разделы